«Каждый человек — это мир, который вместе с ним рождается и с ним умирает. Под каждой могильной плитой лежит всемирная история» (с) Генрих Гейне.
URL
  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
14:16 

Жив.

Люди куда более страшный яд, нежели водка и табак.
Жив.

14:10 

Люди куда более страшный яд, нежели водка и табак.
Отцу.

Я тебя не виню, не ругаю.
И я руку тебе бы пожал.
Мне тебя до сих пор не хватает-
Где же ты, чёрт возьми, пропадал?

Где ты, где? Всё искал я ответа.
И мальчишкой на диких гусях
Обыскался тебя я по свету,
В своих детских наивных мечтах.

И трепал мои волосы ветер,
Был он добр и ласков со мной,
Только вот- на вопрос не ответил,
Лишь качнув облаков головой.

Как- то раз, во дворе на потеху
Всей жестокой и злой детворе
Сын соседа сказал мне смехом:
"Вор- твой батя, сидит он в тюрьме!".

Закричал на него я: " Неправда!
Мой отец капитан корабля!
Он вернется за мной и взаправду
Заберет бороздить с ним моря!".

Но в тот год ты за мной не вернулся,
И на следующий и в другой...
И уж я на соседа не дулся-
Много дел я прознал за тобой...

Что в тюрьме ты, увы, не впервые,
Что ты пьяница, лодырь и хам,
И моря бороздишь ты иные,
И других кораблей капитан.

Всё узнал...и как мучил ты маму,
Во хмелю осквернял её дом...
И за эти - за все её шрамы
Для меня ты стал первым врагом!

Если б ты написал мне хоть строчку,
Хоть немного прислал теплоты,
Не стояла меж нами бы точка-
Ну а строчка простая - прости....

Но жизнь шла- как весной под снегами
Молодая взрастает трава,
Расцветал я твоими чертами,
Презирая за это себя.

Вырывал я тогда без разбору
Из груди и сорняк и цветы-
Лишь бы только моей мамы взору
В моём лике не виделся ты!

А когда я тебя всё же встретил-
Были мы уж с тобой в один рост,
Вспомнил я про гусей и про ветер,
И про тот - самый важный вопрос.

Но не дрогнула грудь ни на йоту-
Так под мутной водой дремлет ил,
Под песками холодными что- то
Я мальчишкой навек схоронил...

Мы не виделись больше. Ты умер.
Может там и нашёл свой покой...
Мир порою жесток и безумен-
Кто из нас сможет встать над судьбой?

Я тебя не виню - всё прощаю.
Знаю я, ты своё отстрадал.
Не достоин, конечно, ты рая,
Но и я ведь святошей не стал...

Вижу я пред собою картину:
Мы с тобой на цветущем лугу-
Я забрался на сильную спину
И кричу на всё поле: "Лечу!!".


13:40 

Люди куда более страшный яд, нежели водка и табак.
Читая темные страницы,-
Листая задом наперёд,-
Детей испуганные лица
Здесь каждый снова обретет.

И сквозь усталые морщины,
Сквозь многослойный бурый лёд,
На дно души, в её глубины,
Мы прорубаем тайный ход.

И лёд трещит, летят осколки,
Буравит сердце острый шип,
И воткнуты уже иголки,
В то место, где сильней болит.

Но иглы смазаны лекарством,
Перетерпев тугую боль,
Мы падаем в чудное царство,
Забыв запреты и контроль.

Волнует это зазеркалье,
И отражений кривизна,
И мы спускаемся спиралью
До самого грудного дна.

Что было скрыто подо льдами?-
Цветов неведомых сады,
Орлы свободные со львами,
И ярко-красные костры.

16:05 

Люди куда более страшный яд, нежели водка и табак.
В Москве проснулась в полдень поэтесса.
Налейте ей похмельные сто грамм!
Не помогают голове компрессы-
Стихи коты читают… тут и там…

Однако, очень славно похмелившись,
Она стихи решила полистать.
Ах, что за срам? И дико возмутившись,
Сказала: все- стихи пора спасать!

И собрала блистательных поэтов,
Всех самых искрометных мастеров.
Мундштук дрожит, дымится сигарета-
На бездарей! А ну-ка, все, вперед!

Та-ак, школьницы - отличные мишени,
Над ними можно миленько поржать!
Какие дуры - что за откровения?
Как можно о любви вот ТАК писать?!

Мочи, Антонио, того вон лоха!
Огрей бездарность смело матерком!
Вообще то материться - это плохо…
Но нам то можно… бьемся мы со злом!

Мы с графоманством лихо разберемся,
Невежд проучим, музу присмирим.
Ну а потом, собой, собой займемся!
И застрочим со страстью, застрочим!


16:50 

Люди куда более страшный яд, нежели водка и табак.

Прошу поэт, оставь меня в покое.

И ночью в уши строчки не шепчи-

Они лишь капля, в полном страсти море,

Тут мук таких- стеной идут дожди.


Оставь меня - я закрываю уши,

До пыли ты изъел мою всю боль!

Бери свою тетрадь- свою отдушину,

И жри себя, как жрет одежду моль!


И вот опять - знакомые мотивы,

От их тоски мне хочется блевать!

Я сердца гнойные, горячие нарывы,

Не в силах больше, бритвой разрезать.


Прошу поэт, оставь меня в покое.

Твои стихи мне больше не нужны.

Я падаю, послушной каплей в море,

И ухожу. Туда, где спят дожди.


20:00 

Люди куда более страшный яд, нежели водка и табак.

Утром ранним, как штыки,

В рюмочной встречаются

Все в щетине мужики,

И опохмеляются.


Если ты завсегдатай,

Не явившись утром,

Без обид, себя считай

Ты почти что трупом.


Тут не принято скучать,

Здесь молчанье- олово,

Тут не любят наливать

Меньше пол граненова.


Разговоры тут просты,

Места нет сомненью-

От веселья до тоски,

От тоски к веселью.

 

Знают здесь, без дураков,

О тюрьме, о боли;

Говорят без громких слов

О любви, о воле.


Если ты прослыл скупым,

Сколько здесь не пивши,-

Будешь навсегда чужим,

В этом месте лишним.


Любишь если привирать,

Поиграть со словом-

Не взыщи, что будут звать

Тебя балаболом.


Если задираешь нос,

Держишь всех за быдло,

Разговор с тобою прост-

Кулаком под дыхло.


Тетю Асю тут, как мать,

Держат в уваженье-

За собою стол прибрать

Здесь не униженье.


Тут под вечер голосят

Так, что черт икает,

Свои жизни костерят,

Слов не подбирая.


Водка льется по усам

И по подбородкам,

Если ты не пьяный в хлам,

То еще по сотке!


И когда хмельной угар

В груди каждой преет,

Кажется, попал в капкан,

И душа немеет,


Вдруг заглушит басов рать

Голос всех мощнее:

Эх, ребята, пропадать

Вместе веселее!


14:31 

Люди куда более страшный яд, нежели водка и табак.
Поэту.

Не пиши ни стихов, ни куплетов,
Говорили отец мне и мать;
Разве можно в стихах и куплетах
Благодать всей земли описать?

Знаешь, смерть без ума от поэтов-
Любит их молодых забирать...
Не пиши ты стихов своих этих!
Разве дело со смертью играть!

Мы сынок, только люди- не боги,
Не дано нам всех тайн разгадать;
Есть простые людские дороги,
Дай ты сердцу спокойно стучать!


Нет, на этих постылых дорогах
Счастья мне уж, увы, не снискать...
Не боюсь я ни черта, ни бога,
И за строчку готов умирать.

Не желаю покоя я сердцу,
Не смогу его дрожь я унять,
Постучался однажды я в дверцу,
Суждено за которой пропасть.

Пусть несут меня страстные кони,
Я хочу по обрывам скакать-
Чтоб души своей чистою кровью
Благодать всей земли описать!

14:13 

Люди куда более страшный яд, нежели водка и табак.

Эх, Россия, узница,

Мятежей ты кузница,

Хоть какой куй меч,-

Этой твари щупальца

Все же не отсечь…

 

1.

На Кремлевских горах,

Выси невидалой,

Распластались в кольцах

Огромные удавы.

C ледяной вершины,

В пелене тумана,

Сторожат низину

Эти великаны.

И горят их очи,

Как прожектора,-

Видно до Камчатки

Этих змей глаза.

Служат великанам

Черные гадюки,

Ядовитым комом

Крутиться их руки.

Ползая в низине,

Ищут они смелых-

Львов в острой щетине,

Или орлов белых.

О, как не брезгливо,

Рыщут эти трусы,

И наносят в спины

Смертельные укусы…

И лежат удавы

В полной власти ложе,

Сколько б не менялась

За столетья кожа.


А под горами волчьи

Крепости- картели.

Нету серых полчищ

В мире здоровее.

Пьют эти волчары

Кровушку земель,

Ширятся их кланы,

Власть их все сильней.

А когда-то волки

Жили по болотам,

Но сошли затворки,

И пошла охота.

Пасти их осклабились

Хищными клыками,

И сбиваясь стаями,

Волки побежали.

Грудь слюной загажена,

И в оскале зубы-

Нефтяные скважины,

Газовые трубы.

Лязгали их челюсти,

Плоти разрывая,-

Грабили, без совести,

До кости глодая.

А когда закончилась

Их мерзкая охота,

На народ срыгнулась

Денежная рвота…

Развлекают серых

Петухи актеры,

Лошади спортсмены,

Медведи режиссеры.

Любит эта свита

При дворе кормиться-

Чавкает элита,

Жрет корма столицы.


Чинно заседают

В залах бегемоты-

Лиц не покидает

О стране забота.

Пыжится нещадно

Чижик - правдоруб,

Разоблаченья жадно

Сходят с его губ.

Но, уж зазевали

Задние ряды,

Мирно заклевали

В креслах животы...

Вдруг, в болоте сонном,

Все заклокотало,-

Это к микрофону

Вышла обезьяна.

И слюной кислотной

В стороны брызжа,

По всей бегемотной

С критикой прошла.

Задрожали думцы

Брылами в ответ…

Да пожурили ''скунса'',

И пошли в буфет.


И сидел в сторонке

Тихо человек,

В небольшой колонке

Он писал ответ:

«На холеных рылах

Поросячья сытость-

Взять бы кнут и в силах

Хорошенько всыпать.

Размножились гады-

Рвет Россия жилы,-

Каждый день откаты,

Каждый день распилы.

Жирными пиявками,

Давясь кровавой пеной,

Присосались ртами

К земле нашей венам.

И сосут, как шлюхи,

Днями и ночами,

Набивают брюхи

Родины харчами.

Кружится головушка,

Сил уж не хватает-

Все редеет кровушка,

Родину шатает».


Прилегли игриво,

В кабинетах лисы,

Любят они сильно

Курочек мясистых.

Наблюдают зорко

Хитрые глаза,-

Как задрать бы ловко,

Какого петуха.

По соседству крысы-

Все бумажной масти,

Полчище их, тысячи,

Жрут чернила пасти.

Пучит коридоры,

Шум, переполох…

Ох, не терпят моры

Стоны этих блох.


Прячутся шакалы

Вдоль больших дорог,-

Ждут большой облавы,

Гладят кошелек.

Злобные собаки

Тут и там снуют-

То шакалов братья

Город стерегут.

Любят они шляться,

Там где погрязней,

С пьяными мараться,

И пасти блядей.

Чует это свора

Денег аромат,-

Гнездышки притонов

Часто ворошат.

Держат их на привязи

Злые волколаки,

На плечах их три звезды-

Дьявольские знаки.

Гладятся у них в руках

Ласки - прокуроры,

Прячут в сейфовых норах,

Осиновые колы.

И страшатся нелюдей

Целые округи-

Им ключи от всех дверей

Отдают в испуге.


Высится в Московском

Небе голубятня,

Сутки напролет там

Вещают телебратья.

Приручили пестрых-

Хлеб клюют с ладоней,

И с присадков теплых

Не хотят на волю.

Размножились птицы-

Не перечесть жердей,

Льются со Столицы

Вести на людей.

Ящики включили

В кухнях, в комнатушках,

Морды зарябили

В селах, в деревушках.

Первый начинает

Вечернюю малину-

Перья распускают

Гуси и павлины.

Шутят и гогочут,

Песенки поют,

Видно они очень

Хорошо живут.

А в кошачьем доме

Кобели и сучки,

Когти наготове-

Обсуждают случки.

Засыпают зрители,

Зевают у экранов,-

Зоопарка жителям

Завтра вставать рано…



2.

Утро - пробудились

Города и села.

И зашевелились

Муравьи и пчелы.

Строят, созидают,-

На их плечах страна;

Их никто не знает,

Слава им чужда.

Закрутились белки

В колесе труда-

Винтики да гайки,

Часть маховика.

Вечерами в спешке

Идут они в халупы,

Нет у них орешков-

На губах скорлупа.

Офис облепили,

Зажужжали мухи,

Лапками схватили

Сальные ноутбуки.

Цифры мысли вяжут-

Мухи как в плену,

Крылышками машут

Боссу - пауку.

Вышли на бульвары

Селезни и утки,

Собирать чтоб тару

В рюкзаки и сумки.

Крутят тощей шеей,

Бродят и кряхтят,

В парках и аллеях

Урны ворошат.

В рюмочных захрюкали,

Запили поросята,

Хоть они и глупые,

Зато с душой ребята.

Стряпают на кухнях

Курочки-наседки,

На их пышных грудках

Прикорнули детки.

Весело шагают

Школьники-щенята,

В садиках играют

Милые котята.

Загалдели звонко

Университеты,

Зашагали громко

Барсуки - кадеты.

Добрые и злые,

Умные, глупцы-

В этот час открыли

Веки у страны...




З.

И зардело солнце

Над большой страной,

В каждое оконце

Смахнула свет рукой.

Осветились степи,

Реки и леса,

И в розовом рассвете

Встала красота!

Разошлись окраины

Сел и деревень,

И лег простор отчаянный,

Торжество земель.

Вышли из тумана

Деревень церквушки,

Золотом багряным

Залились их верхушки.

А за ними в сини

Рощи да поля,

Разлеглись в равнине,

Золотя края.

Очи голубые

У озер открылись,

Стены в них резные

Скитов отразились.

Окаймили воды

Берега - ресницы,-

Боры изумрудные

С кроною пушистой.

Да вздыбились горы-

Всадники земли,

Снежные погоны

К их плечам легли.

И открылось море

Небу полотном,

Задрожали зори

Под ветреным веслом.

И замечталось солнцу,

По такой красе,

Промчаться до Камчатки

На лихом коне.

Чтоб свободно взмыли

Над землей орлы,

Чтобы Русь хранили

С большим сердцем львы...

 


14:15 

Люди куда более страшный яд, нежели водка и табак.
Наполняйся солнца светом,

И храни людей тепло,-

Кухня- лучшая на свете!

Долго ль мне здесь суждено

Вечера встречать с друзьями,

Страстно спорить обо всем?

Иль играть им на гитаре,

И бокалов слышать звон?

Или в тишине, в печали,

Одному, перед окном,

Cтарый джаз слушать ночами,

Под кубинский ром со льдом?

Сколько книг еще прочту я,

И стихов я напишу?

Cколько зим перезимую,

От тоскую, отпою?

Передумаю, осмыслю,

Зло с добром перемелю,

На весы души, на чаши,

Рай и ад я положу?

Cколько раз весной я окна

Настежь утром распахну,

И табачный дым рассеяв,

Полной грудью я вздохну?

Сколько птиц парящих в небе

Прозвенят мимо окна,-

И подумаю я : " Вот бы,

Мне на спину два крыла"?

Будет ли мне жарко летом

У плиты стоять в трусах,

И учуют ли котлеты

Там- на нижних этажах?

Будет ли моя девчонка

Рядом голая стоять,-

С нетерпением ребенка

Ужин мило ожидать?

И ее улыбка солнцу

Будет ли не уступать,-

И глаза мои оконца

Лучом трепетным ласкать?

Пробежит луна-подруга

По росе ли босиком?

Cтанет ли нас ночь-прислуга

Угощать страстным вином?

Сколько дождь осенних песен

Нам тоскливо пропоет?

Cколько листьев в поднебесье

Ветер жадно унесет?

Сколько бегать нам по кругу,

И худеть календарю?

И стареть в глазах друг друга,

Веря в лучшую судьбу?

Будут ли на кухне старой

Дети озорно играть?

И с женой, ворча на пару,

Стану ли я их ругать?

И потерь тяжелых сколько

Сердцу должно испытать?

Тяжко знаю, ох как горько,

Близких будет нам терять...

Наполняйся солнца светом,

И храни людей тепло,-

Кухня- лучшая на свете!

Что мне дальше суждено?


16:51 

Люди куда более страшный яд, нежели водка и табак.

Накрывала мама лампу одеялом,

И за стол садилась тихо у окна;

Школьные тетради сына проверяла,

А потом согнувшись, шила допоздна.


Под окном тоскливо завывала вьюга,

Заползала в щели, ноги леденя;

И казалось маме, в комнате как будто,

По полу с шипеньем крутиться змея.


Рядом спал сынишка, под щекою руки,

Розово румянец в сумерках горел,-

''Не боюсь я вовсе, этой злобной клюки'',

И от этой мысли, он сразу засопел.


'' Вот уже полгода отходил он в школу,

Первые оценки так радуют меня;

Отчего тревожно мне в эту непогоду?

Отчего томится у меня душа?


От работы грязной, не по рукам тяжелой?

От забот насущных, приходят что с зарей?

Оттого что бремя, жизни невеселой,

Разделять годами приходится одной?


И что молодые годы пролетели,

И не птицей ласточкой, а коршуном, стремглав;

И не песней звонкой, в небесах пропели,

А когтями острыми, все мечты украв.


Оттого что время смутное настало,

Что людей простых обычно не щадит,

От судьбы неясной, что cына поджидала,

Пока он так мирно на кровати спит''.


12:13 

Люди куда более страшный яд, нежели водка и табак.

Не пожалело время никого,-

Ни светлых гениев, ни муз их, ни святых;

Но в книге звезд давно все решено,-

Там есть все про тебя, и все про них.


Завороженный ты кидаешь взгляд

На мира самое большое полотно,-

И радость бьет в тебе и колит страх

От мысли, кто же автор у него.


И не постичь небесной глубины-

Задумки сей, всех красок и всей драмы;

Но дан от тайны ключ - даны мечты,

Чтоб ноту дописать, закончив гамму!


Но ночь уйдет и вновь настанет день,

И смениться небесная картина,-

Ты верь в свою мечту, ты просто верь!

Пусть днем она и кажется наивной...


11:58 

Люди куда более страшный яд, нежели водка и табак.
Радость твоя с печалью,

Радость твоя тонка,-

Сменится только ветер,

Только зайдет луна.



Сильное юное тело

Изнутри разъедает тоска,-

Сменится только ветер,

Только зайдет луна.



Ты как и он одинока,

Ты как она горда;

Сменится чуешь ветер,

И он уйдет навсегда.



Что его ждет за морями?

Пройдет ли его тоска?

Сменится только ветер,

Только зайдет луна...

13:44 

Люди куда более страшный яд, нежели водка и табак.

Я как лист, ветром сорванный с дерева,

Закружился понуро в толпе;

И куда занесет меня бедного?

И в какой окажусь стороне?


Не ищи в эту ночь меня, милая,-

Должен осени я платить дань,

Осень нынче такая строптивая,-

Льет и льет - ей совсем нас не жаль.


И срывает последние листья,

Жмутся те, липнут к мокрой земле;

Вот и люди прижались друг к другу,

В незнакомом себе кабаке.


В эту ночь листья разной породы,

Ветром в кучу случайно сплелись,-

Так и мы здесь встречаем невзгоды,

Утром чтоб навсегда разойтись.


Слышишь, дворник уже материться,-

Выметает он листья метлой,

Все, настало нам время проститься,

И пора возвращаться домой


15:14 

Люди куда более страшный яд, нежели водка и табак.

Лень все утро, лень весь день,-

Мне уже лениться лень!

Лень звонить мне даже милой,-

Лень меня всего скрутила!


Есть бутылка коньячка-

Не поможет ли она?

Нет, одна лишь канитель,-

Мне и выпить уже лень.


В стену я гляжу весь день:

На ковре прилег олень;

На полянке, под кустами,

Ленно смотрит он глазами.


Жить в лесу большая тягость,

Видно - у оленя слабость.

Любит он, как я лежать,

Да в тенечке отдыхать.


Вот и мне не встать с кровати,

Мы с оленем будто братья.

И встречаются с утра

Наши грустные глаза.


Где твоя, брат, олениха?

Не боишься что так лихо

У тебя растут рога?

Вот лежишь ты тут, а та…


Все! Олень осточертел!

Должен быть всему придел!

Решено! Одно спасенье-

Воевать с оленьей ленью!


В руки себя взял, поднялся,

Кинулся на пол, отжался;

Полон был к оленю мести-

Cделал пресс и бег на месте.


Стал вдруг полом потолок-

Дважды сделал кувырок.

Гордо встал и потянулся,

Сам себе я улыбнулся.


В душ решительно зашел,

Все сомнения отмел,-

Под холодную струю

Встал я прямо, как в строю.


Полотенцем обернулся,

В комнату свою вернулся,

И оленю, чтоб он знал,

Фигу смачно показал.


Тут, как бабушкин тюфяк,

Телом вдруг я весь обмяк,

И свалился на кровать-

Легче мертвого поднять.


О, олень, ты страшный зверь!

Но ругаться… как – то лень…

Cпи спокойно, лесной брат,-

Ты не в чем не виноват.


13:23 

Люди куда более страшный яд, нежели водка и табак.

Улыбнись - твоих улыбок,

Страстный я коллекционер.

Золотой в груди есть слиток,-

Сердцем я миллионер.


И когда придут печали,-

Осень, а затем зима,-

Я улыбки обменяю,

И согреюсь в холода.


20:01 

Люди куда более страшный яд, нежели водка и табак.
У нас теперь куренье
С большого разрешенья,
И в строгом осужденье,-
Лежит на нем вина.

Что низкие зарплаты,
Что воры депутаты,
И козни строят штаты,-
Заслуга табака.

Вот если б не дымили,
То все прекрасно жили,
И родину любили,
И шла вперед страна.

Чтоб избежать презренья,
Бросай скорей пыхтенье,
Cтоль подлое растенье,-
Товарищ для врага.

А если ты куряга,
Напишем куда надо,
Тебя током разряда,
Полечат доктора.

Вы б Путина спросили,
В такой вот мещанине,
Как бы не запретили,
Цыпленка табака!

19:07 

Люди куда более страшный яд, нежели водка и табак.
Ночь, мне не уснуть,
На столе кроссворды...
Заиграл вдруг дождь
Грустные аккорды.

Заскрипел и ветер,
Будто контрабас,-
Зазвучал на свете
Самый старый джаз.

И на сцену неба,
Серебром искря,
Вышла к микрофону
Дерзкая луна.

И запела низко,
Тихо о своем-
Грустно о разлуке,-
В унисон с дождем.

Вдруг ко мне спустилась,
На балкон вошла,-
Белизной залилась,
Комната моя.

И спросила хрипло:
Что же ты не спишь?
Почему один ты?
Отчего грустишь?

И легла со мною,
Платьем шелестя,
И рукой все нежно,
Гладила меня.

Я заснул спокойно,
Быстро, в тот же час,
И во сне я слушал
Самый старый джаз.

12:59 

Люди куда более страшный яд, нежели водка и табак.
Мы теперь на разных кораблях;
Каждый стал на мостик капитана;
Молодости нашей берега,
Исчезают в призрачных туманах.

Друг за другом гаснут маяки,
Не найти нам в прошлое фарватер;
И все реже от друзей звонки,
И все чаще мы спешим куда-то.

А впереди бескрайний океан,
Он молчит, всегда он без ответа;
Миражи и каждый раз обман,-
Берега, что ждешь, все время нету.

В час ночной ты в рубке одинок,-
В этот час особо понимаешь,
Что даже самый милый уголок,
Навсегда когда-то ты оставишь.

Крепче, друг, держи в руках штурвал,
Твой корабль в океане щепка,-
Грозных волн несокрушимый вал,
Разбивает корабли нередко.

Может мы когда- то доплывем,
В место, где к нам снова все вернутся,
И заснем мы вечно юным сном,
Сном, где никогда не расстаются...

17:35 

Люди куда более страшный яд, нежели водка и табак.

Ты говоришь, что не звоню,

Что не слежу, что не ревную...

Поэтому и не люблю,

А так, живу с тобой впустую...


Но что нам можно удержать?-

Ревнуя, лишь теряешь время;

Любовь нельзя на цепь cажать,

Как глупого и злого зверя.


Я говорю тебе: летай!

Мне бабочка мила, ни кокон;

Пусть все любуются тобой, пускай!

Пусть все развесят шторы окон!


Пусть радостно из них взлетят,

Всех красок бабочки на волю,-

Им руки будут подставлять,

С открытой бережно ладонью.


15:24 

Люди куда более страшный яд, нежели водка и табак.
Ты налей, бабуля,
Своих кислых щей-
На спор накануне
Я перепил друзей.

И сто грамм накапай-
Пожалей внучка!
Ох, ждет меня лопата,
Твой огород, жара...

Не причитай, родная,
Ругаться не спеши,
Ты тоже молодая
Гуляла до зори:

Из дома ты сбегала,
Как вечер наступал,
К друзьям своим бежала,
Как золушка на бал.

И первача вы брали
У бабок по ночам,
И лук на грядках рвали,
Чтоб закусилось вам.

И песни пели громко,
Пугая всех собак,
И хохотали звонко
Над шутками ребят.

И дружно обнимаясь,
На речку шли потом,
Где парни не стесняясь,
Купались голышом.

И солнце там встречали,
Что било по глазам,
А после провожали
Вас парни по домам.

И мальчик был, конечно,
Что нравился тебе;
Вы целовались нежно
Под вишней во дворе.

И мать тебя будила,
Не дав толком поспать,
И как всегда язвила,
Что честь нельзя терять.

Сидит моя бабуля,
Печален ее взгляд,
Под вишней поцелуя
Уж не вернуть назад...

Экзистенция,или покой нам только снился...

главная